Предисловие к книге

В сентябре 1920 года несколько человек собрались в Барановичах в семейном кругу. Спустя годы в городе уже теснились у окон слушатели проповеди, на крещения приезжали из деревень, а в небольшом деревянном доме находили приют осиротевшие девочки. Между этими событиями — жизнь людей, чьи имена сохранились в письмах, на оборотах фотографий и в памяти их детей. О них и рассказывает эта книга.

Сегодня барановичскую общину знают как церковь «Спасение». У её предшественников не всегда был даже собственный зал. Они снимали комнаты, принимали собрания у себя дома, шли пешком к тем, кто просил рассказать о Евангелии. Историю их веры можно прочитать в больших событиях и в повседневных делах: в охапке дров, наколотых для хозяина, в одолженном велосипеде, в чистой постели, приготовленной незнакомому ребёнку.

Перед читателем первая часть — путь от ранних собраний до конца Второй мировой войны и объединения евангельских общин в 1945 году. Письма ведут нас от одного человека к другому: от Соболева к Красковскому и Мазало, от супругов Мышак к воспитательницам приюта, от разъездных проповедников к служителям, которым предстояло провести общину через войну.

Продолжение книги задумано как история 1945–1979 годов. Это время совместной жизни пятидесятников и баптистов в объединённом братстве — Всесоюзном совете евангельских христиан-баптистов, ВСЕХБ. Семьи, с которыми мы познакомимся здесь, появятся и в следующей части: дети станут взрослыми, а вера родителей перейдёт в их собственную жизнь.

Заключительная часть замысла охватывает 1979–1993 годы. Для неё особенно важны рассказы живых свидетелей: о собраниях, хоре, смене служителей и разделении общин. Настоящая публикация ограничена первой частью; послевоенные судьбы нескольких её героев вынесены в эпилог, чтобы читатель не расставался с ними внезапно.

У каждого свидетельства свой голос. Миссионерское письмо передаёт радость автора и просьбу о помощи; поздний семейный рассказ хранит подробность, которой не было в отчёте. Они могут расходиться в датах и по-разному объяснять пережитое. Поэтому рядом с рассказом остаются ссылки, а неизвестное мы оставляем неизвестным. Сцены этой книги сложены из сохранившихся свидетельств; слова людей приведены там, где их действительно записали.

Память верующих часто начинается с благодарности. За человека, который пришёл вовремя; за дом, открытый в беде; за слово, помогшее пережить страх. В этой книге такую память можно услышать во многих голосах. Пусть их рассказ поможет новым поколениям увидеть своих предшественников близко — с их надеждами, усталостью, потерями и верностью.